Недобросовестность в гражданском праве

Ссылка на недобросовестность: когда использовать и как отбиваться

Объективная добросовестность – это когда поступки лица соответствуют определенному стандарту поведения. Именно об этом пойдет речь.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если лицо не соблюдает это требование, суд может полностью или частично отказать ему в защите его права либо применить другие меры, установленные законом.

Нужно отличать недобросовестное поведение от незаконного. По словам руководителя правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры Олевинский, Буюкян и партнеры Федеральный рейтинг. группа Банкротство (включая споры) 22 место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 30 место По количеству юристов 39 место По выручке Профайл компании × Эдуарда Олевинского, недобросовестным является то, что соответствует закону, но противоречит принципам права.

Определить это бывает нелегко. Добросовестность – это в каком-то смысле морально-нравственное понятие, поясняет партнер Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Федеральный рейтинг. группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Банкротство (включая споры) 3 место По выручке 3 место По количеству юристов 5 место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании × Иван Веселов. Но судебная практика и юридическая доктрина выработали общие требования.

Так, в постановлении Пленума ВС № 25 говорится, что оценивать добросовестность лица следует с помощью соотнесения его поведения с тем, которое ожидается от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и интересы другой стороны, а также содействующего ей, в том числе в получении информации. «Эта формулировка встречается по меньшей мере в каждом акте, где суд применил ст. 10 ГК», – замечает советник юрфирмы Avelan Avelan Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры – mid market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции Профайл компании × Павел Шефас.

Из нее можно вывести как минимум два критерия добросовестности:

  • учет интересов контрагента;
  • оказание содействия.

К ним, по словам Веселова, зачастую относят реализацию права дозволенным способом, своевременное осуществление прав и исполнение обязанностей.

Оспаривание сделок

Принцип добросовестности также широко применяется в делах об оспаривании сделок. Согласно п. 5 ст. 166 ГК, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если лицо, которое на это указывает, ведет себя недобросовестно. Например, если после заключения сделки он исполнял ее или иным способом подтверждал ее действительность.

Эту норму, по словам Коршунова, нередко трактуют слишком прямолинейно: если лицо как-то подтвердило действительность сделки после заключения, то, ссылаясь на ее порок, оно действует недобросовестно. Такой подход ошибочен, он не учитывает основание недействительности, на которое ссылается сторона, уверен эксперт.

Например, субъект настаивает, что договор недействителен, потому что совершен под влиянием обмана. При этом сам обман сторона могла выявить только на финальной стадии исполнения сделки. Несправедливо лишать ее права на защиту из-за того, что она подтвердила действительность договора (например, перечислила деньги), прежде чем узнала о пороке, замечает Коршунов.

К подобному выводу пришел Верховный суд в споре № А84-2224/2018. Учреждение просило признать госконтракт недействительным и обязать исполнителя вернуть аванс, потому что он выиграл торги с помощью недостоверной информации. Окружной суд согласился с первой инстанцией, которая отклонила иск со ссылкой на п. 5 ст. 166 ГК: истец принимал работы, поэтому исполнял контракт. Но Верховный суд поддержал апелляцию, удовлетворившую требования. Истец исполнял сделку до того, как узнал об обмане со стороны ответчика. То есть он не подтверждал сделку с таким пороком, указала экономколлегия.

Чтобы отбиться от обвинений в злоупотреблении по п. 5 ст. 166 ГК, лицу нужно доказать, что сделку оно подтвердило до того, как узнало о ее пороке. А другой стороне, напротив, следует убедить суд, что контрагент начал ссылаться на недействительность сделки, когда понял ее невыгодность или когда пришла его очередь исполнять свои обязательства, говорит Коршунов.

Недобросовестность в переговорах

Согласно п. 2 ст. 434.1 ГК, при вступлении и проведении переговоров, а также по их окончании стороны должны действовать добросовестно. Недобросовестность участника переговоров предполагается, если он:

  • предоставляет неполную или недостоверную информацию, в том числе умалчивает о существенных обстоятельствах. Обычно речь идет о сокрытии истинного качества товара или недостатков работ, поясняет Лиджиев;
  • внезапно и неоправданно прекращает переговоры, когда другая сторона не могла этого ожидать.

Можно ли признать добросовестным поведение лица, которое вступило в переговоры, но у него заведомо не было намерения достичь соглашения? Ответ очевиден – нет. Именно этот фактор является определяющим при квалификации действий участников переговоров в качестве недобросовестных.

Станислав Добшевич, старший юрист АБ Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры Федеральный рейтинг. группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международные судебные разбирательства группа Международный арбитраж группа Морское право группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Рынки капиталов группа Семейное и наследственное право группа Страховое право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Экологическое право группа Банкротство (включая споры) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Цифровая экономика 1 место По выручке 1 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 1 место По количеству юристов Профайл компании ×

На это же указал Верховный суд в деле № А40-98757/2018. Он подчеркнул, что нельзя начинать или продолжать переговоры, если уже известно, что невозможно заключить договор с этим контрагентом. Подобная тактика нередко встречается на практике, комментирует Коршунов. Как правило, есть основные переговоры, а есть «боковые», которые нужны только для того, чтобы добиться лучших условий в первых. В этом же деле ВС четко дал понять, что «боковые» переговоры – это недобросовестное поведение, говорит эксперт.

Читайте также:
Срок обжалования апелляционного определения по гражданскому делу

В переговорах очень распространены всякие манипуляции и «трюки». Многие из них находятся на грани между отстаиванием своей позиции и недобросовестностью, замечает Коршунов.

Автор: Кирилл Коршунов, юрист АБ Линия Права Линия Права Федеральный рейтинг. группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Природные ресурсы/Энергетика группа Рынки капиталов группа Транспортное право группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Финансовое/Банковское право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство ×

Стороны часто обвиняют друг друга в недобросовестном ведении переговоров, когда они просто не смогли договориться по определенным условиям сотрудничества. Но если обсуждение не сопровождалось «трюками» или манипуляциями, то никакого злоупотребления в такой ситуации нет, подчеркивает Коршунов. «Тот факт, что кто-то вступил в переговоры, не означает, что их результатом обязательно должно быть какое-нибудь соглашение», – поясняет эксперт.

Злоупотребление ссылкой на злоупотребление

Чрезмерные ссылки на злоупотребление правом – бич сегодняшних судебных юристов, сетует Коршунов. «Мне даже кажется, что есть какой-то флешмоб – кто первый найдет за что обвинить оппонента в недобросовестности», – признается он.

Стоит помнить, что за обращением к недобросовестности зачастую кроется отсутствие позиции, предупреждает Коршунов. «Есть объективные ситуации, в которых никак уже не поможешь. Нужно платить и все тут, вся нормативка на стороне оппонента, никак не подкопаешься. И тут появляется ссылка на недобросовестность. Это «форточка», которая всегда открыта. А вдруг получится», – поясняет эксперт.

В такой ситуации, по словам Коршунова, нужно обратить внимание суда на то, что другая сторона пытается усложнить простое дело и под предлогом злоупотребления уйти от ответственности.

Покажите, что все регулирование на вашей стороне, поэтому оппонент и цепляется за недобросовестность как за соломинку. Ему больше нечего сказать в свое оправдание.

Кирилл Коршунов, юрист АБ «Линия Права»

Чтобы подтвердить свою добросовестность, не лишним будет раскрыть мотивы своего поступка, дает еще один совет эксперт. Важно показать, что в действиях, которые пытаются выдать за злоупотребление, была логика и что она никак не связана с тем, чтобы насолить оппоненту, поясняет Коршунов.

Злоупотребления в банкротстве

Множество примеров недобросовестности можно найти в банкротстве, признается Кирилл Коршунов из АБ Линия Права Линия Права Федеральный рейтинг. группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Природные ресурсы/Энергетика группа Рынки капиталов группа Транспортное право группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Финансовое/Банковское право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство × . Злоупотребления, по словам юриста Nektorov, Saveliev & Partners Nektorov, Saveliev & Partners Федеральный рейтинг. группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Рынки капиталов группа Международные судебные разбирательства группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры – mid market) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции × Арама Григоряна, допускают все стороны – от участников должника до независимых кредиторов.

Классический пример недобросовестного поведения – формирование «дружественной» кредиторской задолженности. Это делается, чтобы аффилированные лица попали в реестр и получили возможность влиять на ход банкротства, а также участвовать в распределении активов должника.

Подобные злоупотребления, как правило, выявляются в ходе рассмотрения заявления о включении требований в реестр. По словам Евгения Лиджиева из КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство (включая споры) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Уголовное право группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 9 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 23 место По количеству юристов 25 место По выручке × , основным признаком недобросовестного поведения в таких случаях будет заключение сделки на неразумных, экономически необоснованных условиях. «В частности, речь идет о заключении сделок в короткий промежуток времени, непредъявлении требований ко взысканию, о внешне корректных документах без косвенных доказательств реальности правоотношений, нестандартных договорных условиях, включая цену, сроки», – поясняет эксперт.

Например, в деле о банкротстве ООО «Сахмедпом» АС Сахалинской области решал, стоит ли включать в реестр почти 900 000 руб. задолженности по арендным платежам. Арендодателем выступила супруга одного из участников должника. Суд установил, что де-факто компания платила за аренду гораздо больше, чем было прописано в договоре. При этом не было доказательств, что арендатор реально использовал переданную недвижимость. Поэтому суды отказались включать требования в реестр и удовлетворили заявление управляющего о признании договора аренды недействительным (№ А59-3354/2017).

Отсутствие злоупотребления лучше всего доказать наличием разумной цели совершения тех или иных действий, справедливых мотивов заключить сделку или подать заявление.

Евгений Лиджиев, старший юрист КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство (включая споры) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Уголовное право группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 9 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 23 место По количеству юристов 25 место По выручке ×

Недобросовестность управленца

Ссылки на злоупотребления нередко встречаются и в корпоративных спорах, особенно когда речь идет о взыскании убытков с топ-менеджмента. Чтобы подобный иск к руководителю удовлетворили, нужно доказать, что тот вел себя недобросовестно или неразумно (п. 1 ст. 53.1 ГК). О том, что следует понимать под злоупотреблениями управленца, еще в 2013 году разъяснил Пленум ВАС. Согласно его Постановлению от 30 июля 2013 г. № 62, недобросовестность директора считается доказанной, если он:

  • действовал при конфликте интересов и не сообщил об этом;
  • скрыл от участников компании достоверную информацию о сделке;
  • совершил сделку без необходимого одобрения;
  • после увольнения не передал юрлицу документы об обстоятельствах, из-за которых у фирмы возникли проблемы;
  • действовал в ущерб интересам компании, о чем знал или должен был знать.

Наиболее распространенные случаи недобросовестности топ-менеджеров выглядят следующим образом.

При доказывании недобросовестности управленца важно убедить суд, что топ-менеджер подменил интересы возглавляемой компании своими личными, говорит Коршунов. Как правило, это очевидно. Например, повышение зарплаты самому себе, премирование родственников. Но бывают случаи, когда личный интерес директора выявить не так просто. Тогда основные усилия придется направить на то, чтобы показать его суду, предупреждает Коршунов.

Читайте также:
Порядок обжалования заочного решения по гражданскому делу

Например, в деле № А66-19979/2018 суд удовлетворил требования общества «Дантом – Птицепром» о взыскании убытков с бывшего директора Тимура Гасиева. Перед уходом управленец выплатил себе и еще трем сотрудникам большие премии и выходные пособия на общую сумму 8,8 млн руб. Ответчик настаивал, что выписывал премии за эффективную работу, но суд установил обратное: бизнес-план не выполнялся, результаты были неудовлетворительными. АС Тверской области принял во внимание, что премированные сотрудники вскоре перешли на работу в тот же холдинг, что и Гасиев. Суд посчитал, что директор действовал недобросовестно (вразрез с интересами общества). Вышестоящие инстанции с этим согласились.

Но есть достаточно примеров, когда суды отказываются признавать злоупотребления со стороны топ-менеджеров. Особенно много таких отказов по искам, связанным с заключением невыгодного или фиктивного договора, замечает Коршунов (например, № А40-90909/2018). Как указал Пленум ВАС в своем Постановлении № 62, суд обеспечивает защиту прав юрлиц и их учредителей, а не проверяет целесообразность управленческих решений. Поэтому руководители не должны отвечать за убытки, если их действия не выходили за пределы обычного делового оборота. Это и есть один из аргументов, которые помогут убедить суд в отсутствии злоупотребления и избежать взыскания убытков.

«Недобросовестность» – реальная и мнимая

«Недобросовестной» бывает не только налоговая выгода. На злоупотребления (деловых партнеров, налогоплательщиков, продавцов, покупателей и т.д.) ссылаются часто, но далеко не всегда правомерно. Поговорим о том, что на самом деле представляет из себя недобросовестность, а что ею вовсе не является. Объективная добросовестность – это когда поступки лица соответствуют определенному стандарту поведения. Об этом и пойдет речь.

Согласно статье 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если лицо не соблюдает это требование, суд может полностью или частично отказать ему в защите его права либо применить другие меры, установленные законом.

Нужно отличать недобросовестное поведение от незаконного. Недобросовестным является то, что соответствует закону, но противоречит принципам права. Определить это бывает нелегко. Добросовестность – это в каком-то смысле морально-нравственное понятие. Но судебная практика и юридическая доктрина выработали общие требования.

Так, в постановлении Пленума ВС № 25 говорится, что оценивать добросовестность лица следует с помощью соотнесения его поведения с тем, которое ожидается от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и интересы другой стороны, а также содействующего ей, в том числе в получении информации. Эта формулировка встречается по меньшей мере в каждом акте, где суд применил ст. 10 ГК РФ.

В регистрации фирмы или ИП откажут, если ранее была проявлена недобросовестность

Из нее можно вывести как минимум два критерия добросовестности:

  • учет интересов контрагента;
  • оказание содействия.

К ним зачастую относят реализацию права дозволенным способом, своевременное осуществление прав и исполнение обязанностей.

Оспаривание сделок

Принцип добросовестности также широко применяется в делах об оспаривании сделок. Согласно п. 5 ст. 166 ГК, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если лицо, которое на это указывает, ведет себя недобросовестно. Например, если после заключения сделки он исполнял ее или иным способом подтверждал ее действительность.

П. 5 ст. 166 ГК не используется в делах о несостоятельности, потому что руководство, которое заключило сделку уже отстранено, а управляющий полностью имеет право сомневаться в ее действительности.

Эту норму нередко трактуют слишком прямолинейно: если лицо как-то подтвердило действительность сделки после заключения, то, ссылаясь на ее порок, оно действует недобросовестно. Такой подход ошибочен, он не учитывает основание недействительности, на которое ссылается сторона.

Риски «вторички» и «первички»: как не «проколоться» при покупке квартиры или машины

Например, субъект настаивает, что договор недействителен, потому что совершен под влиянием обмана. При этом сам обман сторона могла выявить только на финальной стадии исполнения сделки. Несправедливо лишать ее права на защиту из-за того, что она подтвердила действительность договора (например, перечислила деньги), прежде чем узнала о пороке.

К подобному выводу пришел Верховный суд в споре № А84-2224/2018. Учреждение просило признать госконтракт недействительным и обязать исполнителя вернуть аванс, потому что он выиграл торги с помощью недостоверной информации. Окружной суд согласился с первой инстанцией, которая отклонила иск со ссылкой на п. 5 ст. 166 ГК: истец принимал работы, поэтому исполнял контракт. Но Верховный суд поддержал апелляцию, удовлетворившую требования. Истец исполнял сделку до того, как узнал об обмане со стороны ответчика. То есть он не подтверждал сделку с таким пороком, указала экономколлегия.

Чтобы отбиться от обвинений в злоупотреблении по п. 5 ст. 166 ГК, лицу нужно доказать, что сделку оно подтвердило до того, как узнало о ее пороке. А другой стороне, напротив, следует убедить суд, что контрагент начал ссылаться на недействительность сделки, когда понял ее невыгодность или когда пришла его очередь исполнять свои обязательства.

Недобросовестность в переговорах

Согласно п. 2 ст. 434.1 ГК, при вступлении и проведении переговоров, а также по их окончании стороны должны действовать добросовестно. Недобросовестность участника переговоров предполагается, если он:

  • предоставляет неполную или недостоверную информацию, в том числе умалчивает о существенных обстоятельствах. Обычно речь идет о сокрытии истинного качества товара или недостатков работ;
  • внезапно и неоправданно прекращает переговоры, когда другая сторона не могла этого ожидать.

Можно ли признать добросовестным поведение лица, которое вступило в переговоры, но у него заведомо не было намерения достичь соглашения? Ответ очевиден – нет. Именно этот фактор является определяющим при квалификации действий участников переговоров в качестве недобросовестных. На это же указал Верховный суд в деле № А40-98757/2018. Он подчеркнул, что нельзя начинать или продолжать переговоры, если уже известно, что невозможно заключить договор с этим контрагентом.

Подобная тактика нередко встречается на практике, комментирует Коршунов. Как правило, есть основные переговоры, а есть «боковые», которые нужны только для того, чтобы добиться лучших условий в первых. В этом же деле ВС четко дал понять, что «боковые» переговоры – это недобросовестное поведение.

В переговорах очень распространены всякие манипуляции и «трюки». Многие из них находятся на грани между отстаиванием своей позиции и недобросовестностью,.

Читайте также:
Какой срок исковой давности по гражданским делам

Относительно недобросовестные «техники»:

  • запугивание собственным банкротством: кредитор просудил долг, заемщик предлагает мировое соглашение, но исключительно на его условиях, а «иначе он в банкротство»;
  • предъявление новых требований в каждом раунде переговоров, когда контрагент не может объяснить, почему они не появились раньше;
  • невыполнение условий, необходимых для заключения договора. Например, неполучение необходимых согласований к последнему этапу обсуждений.

Само по себе не считается недобросовестностью:

  • выход из переговоров без объяснения причин;
  • прерывание переговоров на поздней стадии;
  • ведение переговоров одновременно с несколькими контрагентами;
  • умолчание о параллельных переговорах, если иное не было согласовано сторонами.

Источник: Определение ВС от 29.01.2020 № 305-ЭС19-19395.

Стороны часто обвиняют друг друга в недобросовестном ведении переговоров, когда они просто не смогли договориться по определенным условиям сотрудничества. Но если обсуждение не сопровождалось «трюками» или манипуляциями, то никакого злоупотребления в такой ситуации нет. Тот факт, что кто-то вступил в переговоры, не означает, что их результатом обязательно должно быть какое-нибудь соглашение.

Уплата налога через «проблемный» банк приведет к штрафам

Злоупотребление ссылкой на злоупотребление

Чрезмерные ссылки на злоупотребление правом – бич сегодняшних судебных юристов, сетуют… сами юристы. При этом сравнивают действия коллег с флешмобом – кто первый найдет за что обвинить оппонента в недобросовестности», – признается он.

Стоит помнить, что за обращением к недобросовестности зачастую кроется отсутствие позиции. Есть объективные ситуации, в которых никак уже не поможешь. Нужно платить и все тут, вся нормативка на стороне оппонента, никак не подкопаешься. И тут появляется ссылка на недобросовестность. Это «форточка», которая всегда открыта. А вдруг получится. В такой ситуации,нужно обратить внимание суда на то, что другая сторона пытается усложнить простое дело и под предлогом злоупотребления уйти от ответственности. Покажите, что все регулирование на вашей стороне, поэтому оппонент и цепляется за недобросовестность как за соломинку. Ему больше нечего сказать в свое оправдание.

Чтобы подтвердить свою добросовестность, не лишним будет раскрыть мотивы своего поступка, дает еще один совет эксперт. Важно показать, что в действиях, которые пытаются выдать за злоупотребление, была логика и что она никак не связана с тем, чтобы насолить оппоненту.

ПРАКТИЧЕСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ БУХГАЛТЕРА

Полная информация о правилах учета и налогах для бухгалтера.
Только конкретный алгоритм действий, примеры из практики и советы экспертов.
Ничего лишнего. Всегда актуальная информация.

Злоупотребление правом и недобросовестное поведение

Злоупотребление правом и недобросовестное поведение

Наряду с понятием противозаконного поведения существует понятие недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ). Причем недобросовестное поведение приравнивается законодателем к злоупотреблению правом (статья 10 ГК РФ). Что же такое недобросовестное поведение, злоупотребление правом и чем эти действия отличаются от незаконного поведения, законодатель не объяснил. Но можно заметить, что само словосочетание «недобросовестное поведение» говорит о том, что лицо поступает не по доброй совести, и делает это сознательно.

В ст. 35 ГПК РФ закреплено общее положение, согласно которому лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, однако на практике возможны случаи злоупотребления сторонами предоставленными законом правами.

В гражданском и в арбитражном процессуальном законодательстве содержатся нормы, предусматривающие возможные неблагоприятные последствия для участвующих в деле лиц, злоупотребляющих процессуальными правами (ст. 99 ГПК РФ, п. 2 ст. 41, ст. 111 АПК РФ).

Конституционный суд указывает, что запрет на злоупотребление правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления, направлены на реализацию принципа, закрепленного в статье 17 Конституции РФ о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (Определение Конституционного Суда РФ от 17.07.2014 № 1808-О).

Несмотря на то, что закон различает незаконное и недобросовестное поведение, высший судебный орган говорит, что злоупотребление правом имеет место, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, а также не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность (Определение Верховного Суда РФ № 32-КГ14-17 от 03.02.2015).

Действительно, недобросовестное поведение часто бывает одновременно незаконным. В пример можно привести притворные сделки, которые совершаются для достижения какого-либо корыстного результата в отсутствие прямой необходимости в их совершении (статья 170 ГК РФ).

Что такое злоупотребление правом

Понятие злоупотребления стороной процессуальными правами законодательно не закреплено. В науке и судебной практике злоупотребление определяется как действия лица, нарушающие права и интересы других лиц и направленные на затягивание судебного процесса (Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2009 №04АП-3444/2008 по делу №А19-12083/06-24 (Постановлением ФАС Восточно-Сибирского округа от 27.04.2009 №А19-12083/06-24-Ф02-1561/09 данное Постановление оставлено без изменения, Определением ВАС РФ от 19.08.2009 N ВАС-10108/09 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке надзора Постановления ФАС)).

В ст. 10 ГК РФ установлены пределы осуществления гражданских прав. Указанной нормой закреплен принцип недопустимости злоупотребления правом и определены общие границы осуществления гражданских прав и обязанностей. Значение этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 31.05.2016 по делу №А33-14842/2012 (Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.11.2016 №Ф02-5022/2016 данное Постановление оставлено без изменения)).

Формы злоупотребления правом

Формы злоупотребления правом могут быть совершенно различными:

  1. Использование права с единственной целью причинить вред другому лицу («шикана»);
  2. Действия в обход закона с противоправной целью;
  3. Ограничение конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке;
  4. Недобросовестное бездействие;
  5. Заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Например:
  • распоряжение правом с незаконной целью;
  • распоряжение правом незаконными средствами;
  • действия, в результате которых другая сторона не может реализовать принадлежащие ей права.

В общем, любая форма злоупотребления — это использование принадлежащих лицу прав недозволенными способами, противоречащими назначению права, либо с недозволенной целью, в результате чего наносится ущерб другим лицам. Именно этой позиции придерживаются суды, констатируя факт злоупотребления.

Шикана в чистом виде встречается очень редко. Обычно эта форма злоупотребления сочетается с другими, так как следствием злоупотребления правом одной стороной отношений становится вред для другой стороны. Так, заключение сделки на особо выгодных для стороны условиях неизбежно влечет неблагоприятные последствия для другого лица (Определение Арбитражного суда республики Башкортостан по делу от 2014 года). Или другое дело, в ходе которого судом было установлено, что ставка свыше 500 процентов годовых за пользование суммой займа может привести к неосновательному обогащению кредитора и нарушать принципы разумности и добросовестности (Определение Верховного Суда РФ по делу от 2016 года).

Отличить обход закона и законное поведение довольно затруднительно. Всем известно правило: что не запрещено законом, то разрешено. Поэтому выбор конкретного метода реализации поставленной законной цели не дает повода говорить об обходе закона.

Читайте также:
Условия принятия встречного иска в гражданском процессе

Наиболее показательным примером является взыскание поставщиками (исполнителями, подрядчиками) неосновательного обогащения (иначе говоря, оплаты за поставленный товар, выполненные работы) в отсутствие госконтракта, когда необходимость его заключать предусмотрена Законом о контрактной системе (Определение Верховного Суда РФ по делу от 2015 года).

Федеральный закон «О защите конкуренции» от 26.07.2006 №135-ФЗ определяет конкретные составы злоупотребления (статья 10). Среди них:

  • навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора;
  • включение в договор дискриминационных условий.

Причем ограничение конкуренции не допускается не только доминирующим на рынке субъектом, но и другими компаниями (Решение Арбитражного суда г. Москвы от 2013).

Злоупотребление бездействием происходит, когда лицо имеет право, но не использует его, вследствие чего причиняется вред другому лицу.

В качестве примера злоупотребления правом недозволенными средствами можно привести ситуацию, когда организации закладывают в договор выгодные для себя дефекты (Определение Верховного суда РФ от 2014 года).

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права. Например, сокрытием сведений, вследствие чего другое лицо пропустило срок исковой давности.

Последствия злоупотребления правом

Закон запрещает действовать недобросовестно и тем более извлекать выгоду таким путем. Недобросовестное поведение запрещено не просто так. В случае его обнаружения недобросовестное лицо будет нести ответственность за свои действия в виде последствий, определенных законом.

Надо сказать, что суды практически не ограничены в мерах, которые применяются к недобросовестному лицу. Несмотря на то, что такие меры могут быть предусмотрены только законом, судебной практикой вырабатываются и другие способы для пресечения злоупотреблением правом. При этом учитываются характер и последствия злоупотребления.

Самым распространенным последствием недобросовестного поведения является полный или частичный отказ в удовлетворении исковых требований с целью защиты потерпевшей от злоупотребления стороны (Определение Верховного суда РФ по делу от 2016 года). Причем суды не ставят своей задачей наказать виновное лицо. Поэтому одного лишь факта злоупотребления правом недостаточно для отказа в иске. Судам нужно представить и другие весомые аргументы.

Другими мерами могут стать, например:

  • запрет совершать определенные действия;
  • прекращение использования права без лишения этого права;
  • отказ в применении срока исковой давности (Определение Верховного суда РФ от 16.05.2016 № 304-ЭС16-3710);
  • непринятие доводов злоупотребившего лица;
  • признание сделки недействительной (статья 168 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ №25 от 04.03.2015).

Ответственность за злоупотребление правом

Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные законом неблагоприятные последствия.

Поскольку злоупотребление правом в арбитражном процессе нарушает норму процессуального права, а также посягает на интересы правосудия и права других участников арбитражного процесса, его можно охарактеризовать как особый вид процессуального правонарушения. Например, согласно ст. 111 АПК РФ, суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 22.01.2004 N Ф04/386-1410/А70-2003 по делу А70-9076/28-2003). Из указанного Постановления следует, что суд неоднократно откладывал судебные заседания в связи с непредставлением ответчиком доказательств, которых у него требовал суд. Подобное поведение ответчика суд кассационной инстанции квалифицировал как злоупотребление процессуальными правами, приведшее к затягиванию процесса, в связи с чем часть судебных расходов была отнесена на ответчика.

Возможна и другая ситуация, когда суд вправе вынести решение об отказе в удовлетворении заявления о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, если неисполнение заявителем процессуальных обязанностей (например, нарушение установленного порядка в судебном заседании, повлекшее отложение разбирательства дела) либо злоупотребление им процессуальными правами (в частности, уклонение от получения судебных извещений) привело к нарушению разумного срока судебного разбирательства (п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.03.2016 N 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок»).

Гражданско-процессуальное законодательство предусматривает, что лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные ч. 2 ст. 35 ГПК РФ. Однако следует заметить, что конкретные обязанности в этой норме не названы, поскольку они имеют как бы индивидуальный характер. Законодатель лишь обращает внимание на общую обязанность лиц, участвующих в деле, добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (например, согласно ст. 118 ГПК РФ одной из процессуальных обязанностей, лежащих на лицах, участвующих в деле, является обязанность сообщить по принятому к производству суда делу о перемене своего адреса во время производства по данному делу. Это означает, что указанные лица путем направления в суд письменного сообщения, телефонограммы, телеграммы или в ходе личной явки должны уведомить суд о перемене места их жительства, которое, как правило, определяется местом регистрационного учета гражданина. Неисполнение лицом обязанности сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу или неправильное указание адреса, по которому его следует извещать, может привести к негативным последствиям, заключающимся, например, в вынесении решения без участия стороны по последнему известному суду месту жительства, т.к. судебная повестка в данном случае считается доставленной (Апелляционное определение Московского городского суда от 12.05.2014 по делу N 33-16016, Апелляционное определение Московского городского суда от 18.07.2013 по делу N 11-13567, Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 10.09.2015 по делу N 33-7697/2015), или в отказе в восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу жалобы (Кассационное определение Красноярского краевого суда от 29.02.2012 по делу N 33-1676)).

В случаях злоупотребления процессуальными правами законодательством закреплена такая санкция имущественного характера, как штраф (гл. 8 ГПК РФ, гл. 11 АПК РФ). Институт судебных штрафов служит обеспечению выполнения задач судопроизводства в арбитражных судах и судах общей юрисдикции и направлен на укрепление законности, предупреждение процессуальных правонарушений, а также на формирование уважительного отношения к закону и суду.
Конкретный размер судебного штрафа в АПК РФ предусмотрен только для штрафов, налагаемых в соответствии с ч. 4 ст. 225.4, ч. 10 ст. 225.6, ч. ч. 2 и 3 ст. 225.12 АПК РФ, а в остальных случаях определен максимальный размер штрафа, в пределах которого арбитражный суд по своему усмотрению устанавливает конкретный размер санкций за соответствующее нарушение.

В отличие от арбитражного процесса, ГПК РФ допускает сложение и уменьшение размера судебного штрафа. Соответствующее заявление нарушитель вправе подать в суд, который принял определение о наложении штрафа, в десятидневный срок с момента получения определения. Такое заявление также рассматривается в десятидневный срок. В соответствии со ст. 106 ГПК РФ на определение суда об отказе произвести сложение или уменьшение штрафа может быть подана частная жалоба.

Читайте также:
Невыполнение мирового соглашения в гражданском процессе

Злоупотребление процессуальным правом

Злоупотреблять правами можно не только в сфере гражданских правоотношений, но и в судебном процессе. Это делается, понятно, для затягивания сроков исполнения обязательств или с целью попытаться выиграть спор. Таким образом, чаще всего именно в судебном процессе реализуется форма злоупотребления правом с недозволенной целью вполне допустимыми средствами:

  • подачей ходатайств (об отводе судей, о приостановлении производства по делу, об отложении судебного разбирательства);
  • незаблаговременным представлением документов;
  • подачей очевидно необоснованного иска (например, с намерением приостановить уже рассматриваемое дело);
  • обжалованием судебных актов, не подлежащих обжалованию.

Другой формой злоупотребления процессуальными правам может быть бездействие:

  • невыполнение требований суда;
  • непредставление доказательств;
  • неявка в судебное заседание.

При этом, не предъявление кредитором иска в течение длительного времени не может рассматриваться как злоупотребление им правом (Постановление Восьмого Арбитражного апелляционного суда от 11.07.2014 № 08АП-3660/2014).

Злоупотребление процессуальными правами также влечет неблагоприятные последствия для лица, нарушившего запрет (статья 41 АПК РФ, статья 35 ГПК РФ):

  • возложения на злоупотребившее правом лицо обязанности по уплате денег (например, уплаты судебных издержек — статья 111 АПК РФ, штрафа – статья 66, статья 225.12 АПК РФ, статья 57 ГПК РФ);
  • отказа судом в совершении действий, о которых заявлено ходатайство или требование (постановление Президиума ФАС Северо-Западного округа от 01.11.2002 № 56).

Злоупотребление правом в арендных спорах

Данное понятие раскрыто в к ст. 10 ГК РФ «Пределы осуществления гражданских прав», но правоприменительная практика и адвокатские мнения до конца не разобрались в данных вопросах.

Наиболее распространенные злоупотребления правом в арендных отношениях.

  • Помещение сдали в аренду, а потом потребовали платить за право прохода к зданию либо заезда автомобилей на территорию (если с финансовыми претензиями можно успешно бороться, то борьба за фактический доступ всегда создает проблему).
  • Увеличение арендной платы в одностороннем порядке на не рыночную.
  • Завышение тарифов на обслуживание и навязывание своих провайдеров услуг.
  • Невозвращение арендного депозита.
  • Создание препятствий в пользовании помещением.
  • Уклонение от приемки объектов от арендатора с начислением платы за весь период такого уклонения.
  • Отказ арендодателя принимать свое имущество, если арендатор решил досрочно прекратить аренду.
  • Неосвобождение арендатором помещения по истечении срока договора аренды.
  • Перенаем, цель которого — избежать договорной ответственности (иных неблагоприятных последствий) или предоставить необоснованные преимущества новому арендатору, квалифицируется как злоупотребление правом.
  • Создание арендатором при исполнении договора условий явной несоразмерности имущественного положения сторон является злоупотреблением правом.

Недобросовестность в переговорах

Согласно п. 2 ст. 434.1 ГК, при вступлении и проведении переговоров, а также по их окончании стороны должны действовать добросовестно. Недобросовестность участника переговоров предполагается, если он:

  • предоставляет неполную или недостоверную информацию, в том числе умалчивает о существенных обстоятельствах. Обычно речь идет о сокрытии истинного качества товара или недостатков работ, поясняет Лиджиев;
  • внезапно и неоправданно прекращает переговоры, когда другая сторона не могла этого ожидать.

Недобросовестность управленца

Ссылки на злоупотребления нередко встречаются и в корпоративных спорах, особенно когда речь идет о взыскании убытков с топ-менеджмента. Чтобы подобный иск к руководителю удовлетворили, нужно доказать, что тот вел себя недобросовестно или неразумно (п. 1 ст. 53.1 ГК). О том, что следует понимать под злоупотреблениями управленца, еще в 2013 году разъяснил Пленум ВАС. Согласно его Постановлению от 30 июля 2013 г. № 62, недобросовестность директора считается доказанной, если он:

  • действовал при конфликте интересов и не сообщил об этом;
  • скрыл от участников компании достоверную информацию о сделке;
  • совершил сделку без необходимого одобрения;
  • после увольнения не передал юрлицу документы об обстоятельствах, из-за которых у фирмы возникли проблемы;
  • действовал в ущерб интересам компании, о чем знал или должен был знать.

Заключение

Как видно, запрет на злоупотребление правом распространяется на различные правоотношения: договорные, внедоговорные, процессуальные. Несмотря на то, что добросовестность субъектов предполагается, никто не застрахован от столкновения со злоупотреблением. Однако доказать недобросовестность бывает достаточно непросто. Поэтому, если есть подозрения, что контрагент поступает недобросовестно, лучше обратиться к опытному юристу.

Если же у самого лица появился соблазн поступить недобросовестно, ему следует проконсультироваться с юристом, чтобы получить представление о возможных последствиях своих действий. Они могут оказаться более невыгодными, чем последствия добросовестного поведения. Кроме того, юрист сможет подсказать другие, приемлемые способы для достижения нужного результата.

Публикуем ссылку на статью, как только она выходит. Отдельно даём знать о важных изменениях в законах.

Цинизм в гражданском праве: юридическая добросовестность и безнравственные иски

Август месяц оказался отмечен бурной полемикой по вопросу о правильности понимания теоретизирующими и практикующими юристами принципа добросовестности участников гражданских правоотношений, в том числе в сравнении этого принципа с понятиями нормы права, законности, правомерности, со смежными понятиями из области представлений о нравственности, с выявлением субъективной и объективной сторон юридической добросовестности.

Начало полемике было положено заметкой Р. Бевзенко, в которой он обозначил свое отношение к тезисам выступления одного из высших российских судебных функционеров на тему добросовестности. Заметка оказалась не просто дискуссионной, но провокационной, как и многие другие заметки и реплики Романа, которые даже в летнюю отпускную тишь не позволили заболотиться интернет-ресурсу Zakon.ru. За что Роману честь и хвала. Быть драйвером чего бы то ни было и выдерживать постоянное тыканье в тебя пальцами очень непросто, даже если речь идет о том, что любому человеку со стороны покажется полным занудством – о дискуссии по поводу юридического значения принципа добросовестности.

В этом разговоре такому мало погруженному в материал человеку, как я, сложно не скатиться в штампы, пустозвонство и глубокомысленное повторение всем известных истин, вроде той, что все должны быть хорошими, добрыми и честными, а иначе «ай-яй-яй!». Такая опасность для меня существует, но все же я хочу отметиться в этой теме таким образом, чтобы выглядеть хоть немного полезным.

Вот тезисы, которые с теми или иными перестановками слов и запятых всегда обсуждаются в контексте любой дискуссии по поводу содержания и значения принципа добросовестности в гражданском праве:

1. То, что юридически добросовестно – всегда социально нравственно (морально, этично), однако, социальная безнравственность не всегда юридически недобросовестна. Если говорить проще, то юридическая недобросовестность и житейская бессовестность – это разные понятия, обозначающие явления, которые могут не совпадать друг с другом.

Читайте также:
Дисциплинарная ответственность государственных гражданских служащих

2. То, что юридически добросовестно не всегда по-житейски справедливо, но то, что недобросовестно – несправедливо всегда.

3. То, что юридически добросовестно – всегда законно или, во всяком случае, всегда правомерно пусть не по букве, но по духу закона. Недобросовестность же всегда либо прямо незаконна по букве закона, либо неправомерна по смыслу правового регулирования, противна праву как социальной ценности. Поведение человека может формально соответствовать букве закона, но противоречить имманентной правовому регулированию идее правомерности, поскольку в законодательстве любых стран и любых эпох буква закона и смысл закона далеко не всегда совпадают (образуют единство). И если поведение человека следует букве закона, но недобросовестно по смыслу или духу закона, то оно неправомерно (нелегально, противозаконно) вообще.

Этот последний крупный тезис о непременной незаконности или неправомерности недобросовестности является предметом особо острой полемики. В частности, можно ли говорить о том, что если принцип добросовестности продекларирован самым явным и очевидным образом в законе (статья 1 ГК РФ), то этот принцип перестает быть размытым пожеланием «ни о чем», но становится нормой права, законом, делающим любую недобросовестность незаконной в самом прямом и конкретном смысле?

В конечном итоге, вся дискуссия, как мне кажется, сводится к выявлению более или менее точных пределов применения принципа добросовестности в гражданском праве. Должно ли такое применение иметь «узкую специализацию», т.е. быть привязано к конкретной ситуации и восполнять тот пробел или умолчание закона, когда конкретная норма для разрешения возникшего конфликта отсутствует или ущербна настолько, что не может привести суд к интуитивно понимаемому им правосудному (справедливому) результату, и тогда суду приходится призывать на помощь принцип добросовестности? Либо применение принципа добросовестности не имеет и не может иметь каких-либо пределов, не может быть законсервирован в роли субсидиарного инструмента восполнения лакун закона и умолчаний законодателя. Этот принцип обнимает собой все гражданско-правовое регулирование, а значит, будучи доведен до абсолюта, может быть положен в обоснование любого иска даже без ссылки на конкретно нарушенные ответчиком нормы позитивного права.

Субъект права должен быть добросовестен всегда, на всех этапах своего участия в гражданском правоотношении, т.е. при установлении прав и обязанностей, при их осуществлении или исполнении, а также при защите своего нарушенного права, восстановлении или компенсации ущемленного интереса. Идти в суд нужно с чистыми руками и с чистой совестью. Во всяком случае, в том идеальном мире, за создание которого вот уже 2 тысячи лет борется юридическая теория.

Добросовестность в ходе защиты нарушенного права предполагает, что истец должен честно раскрыть суду свою собственную правовую позицию, все известные ему и относящиеся к делу обстоятельства спора, представить честные доказательства, в общем, всеми силами способствовать принятию судом законного и обоснованного решения. Причем, даже и тогда, когда некоторые из раскрываемых истцом обстоятельств дел будут свидетельствовать не за него, но против него, т.е. в пользу ответчика.

Многое в гражданских правоотношениях совершается их участниками с той или иной долей цинизма, непорядочности, лживой расчетливости. Этим никого не удивишь. Но есть в общей массе этих отношений такие, которые несут в себе особо высокую потенцию циничности, провоцируют недоказуемую ложь при полной внешней юридической благопристойности и процессуальной обоснованности требования о защите нематериального интереса. Создается впечатление, что в некоторой точке своего развития право вдруг начинает потакать безнравственности, не нарушая при этом принцип юридической добросовестности.

Общество развивается. Вместе с ним развиваются представления о новых гуманитарных ценностях, подлежащих охране законом, а потому превращенных самим законом в субъективные гражданские права. Некоторые ранее остававшиеся за бортом правосудия сугубо личные интересы, переживания и рефлексии граждан начинают признаваться социально-ценными и в качестве юридических требований (притязаний) получать судебную защиту.

Среди них ярко выделяются требования о компенсации нравственных страданий в форме так называемых психических потрясений или эмоционального шока от лицезрения неприглядных и неприятных, а иногда и просто жестоких картин нашего бытия. Подлежащим защите нематериальным благом в данном случае считается заинтересованность потерпевшего в спокойной, размеренной, лишенной стрессов и психически уравновешенной жизни. Часто в связи с таким требованием также пускаются в рассуждения на тему защиты базовых прав человека на здоровье, на семейную жизнь, на личное и семейное благополучие. В этом последнем отношении отметился уже и Верховный суд Российской Федерации в своем определении от 18 февраля 2019 г. № 71-КГ18-12.

Подобные подлежащие сегодня защите со стороны государства требования могут отличаться одной замечательной особенностью, а именно, отсутствием правонарушения в качестве материального основания иска, и не нужно сходу говорить о том, что так не бывает и быть не может. Современная гражданская юриспруденция уже подходит к той точке развития, когда такое может случиться.

Гражданка N., мирно прогуливаясь со своим приятелем по набережной, стала свидетелем автомобильной аварии. Минивэн, перевозивший семью из шести человек, пробив ограждение, рухнул в воду. Приятель гражданки N. успел среагировать на случившееся, бросился в воду и вытащил из тонущей машины ребенка. Всех прочих спасти не удалось. Они утонули в машине на глазах у гражданки N.

Гражданка N. испытала психическое потрясение. Так во всяком случае она заявила в своем иске о возмещении вреда, причиненного ее здоровью лицезрением аварии, который она выдвинула против…

…против наследственной массы утонувших в машине граждан, среди которых было двое взрослых и трое детей: два мальчика, двенадцати и восьми лет, и девочка четырнадцати лет.

Аккуратно к двухлетней годовщине гибели детей, пережившие их родители и прочие родственники, которые могли бы претендовать на наследство, получили от юридического поверенного гражданки N. уведомления о начале судебной тяжбы против причитающегося им наследственного имущества по деликтному иску потерпевшей.

Случай не выдуманный, хотя он и случился не в нашей юрисдикции, и вполне мог бы в советское время украсить газетную рубрику «Их нравы».

Как бы между прочим: гражданка N., с улыбкой позируя фотографам, получила в той самой юрисдикции, где произошел инцидент, национальную премию спасения утопающих. За ребенка, которого вытащил из воды ее бойфренд, когда она стояла на набережной и психически-потрясенно наблюдала за тонущей машиной с детьми. Эта премия вовсе не обожгла ей пальцы, однако, сделала ее поступок с подачей иска достоянием самой широкой гласности.

Никакого судебного решения по деликтному иску еще не состоялось, это дело долгое, на несколько лет, но обстоятельства, в которых гражданкой N. заявлено требование о защите ее права на психически комфортную жизнь чрезвычайно показательны. Еще более показательно то, что суд принял иск к рассмотрению безо всяких оговорок о сомнительной перспективе его успешности. Конечно, это вовсе не означает реальность получения истицей компенсации, но может считаться очевидным сигналом того, что суд посчитал требование гражданки N. заслуживающим самого серьезного внимания.

Читайте также:
Полномочия апелляционной инстанции по гражданским делам

Поведение гражданки N. юридически безупречно. Никакие нормы права она не нарушила. Она не была обязана бросаться в воду ради спасения утопающих. Может быть, она даже и плавать-то не умела.

Медицинское освидетельствование гражданка N. прошла, и врачи что-то там в состоянии ее психического здоровья действительно обнаружили, о чем и выдали свое авторитетное заключение. Это заключение, возможно, будет воспринято судом в качестве достаточного доказательства обоснованности притязаний истицы хоть на какую-то толику имущества погибших людей для возмещения причиненного её здоровью вреда.

Никакого события правонарушения не было, но имел место трагический случай, давший гражданке N. право на иск, что видно из самого факта его принятия судом к рассмотрению.

Цинизм? Крайняя безнравственность? Фактически, мародерство? С обывательской точки зрения, безусловно. Но эта точка зрения выражается совершенно неюридической формулой: «Я видела, как ваши дети погибли, меня это потрясло, вот справка от врача, дайте мне денег».

Подобный разговор – это мнение о житейской бессовестности, а есть ли в поведении гражданки N. на этапе обращения в суд за защитой своего нарушенного или якобы нарушенного нематериального интереса юридическая недобросовестность? Вероятнее всего, что нет, поскольку это ее действие совершенно законно, причем в обоих смыслах: и по букве закона (формально законно), и по духу закона (правомерно).

Гражданка N. никого ни в чем не обманула. Некое потрясение она испытала. С точки зрения общества она повела себя совершенно омерзительно, что подтверждается теми отзывами, которые были высказаны журналистам всеми, кто узнал новость про иск. Но суд обязан отнестись к истице только как к однозначно добросовестной защитнице своего охраняемого законом интереса на восстановление поврежденного психического здоровья. А то, что здоровье оказалось повреждено в таких страшных обстоятельствах, – так это эксцесс, случай, ужасность которого не может влиять на суд, делая его необъективным и пристрастным.

Недобросовестно ли осуществление права на иск в ситуации с гражданкой N.? Нет, поскольку формально речь не идет ни о намерении получить недолжное, ни о намерении воспрепятствовать в чем-либо ответчику, ограничить его в правах, причинить ему или его имуществу вред. Речь также не идет об обогащении истицы за счет ответчика с использованием права на иск, но о намерении истицы компенсировать то умаление ее нематериальной заинтересованности в эмоционально спокойной жизни, которое было причинено трагическим случаем гибели людей, случайным свидетелем которого стала истица.

Поскольку право на иск осуществлено истицей добросовестно, то добросовестен и преследуемый ею взыскательский интерес. Тем более, что при признании его судом подлежащим удовлетворению, такое удовлетворение будет осуществлено не личными действиями истицы, а публичным актом.

Требования о компенсации морального вреда выходят на новый уровень. Сейчас никого уже и в нашей стране не удивишь деликтными исками к медицинским учреждениям о компенсации нравственных страданий, причиненных смертью близкого родственника или супруга. В таких делах одновременно ставится и обсуждается вопрос о врачебных ошибках или дефектах оказанных медицинских услуг (о некачественной врачебной помощи).

Подобные требования считаются правомерными и подлежащими удовлетворению даже и в тех случаях, когда смерть не находилась в причинно-следственной связи с действиями или бездействием врачей, но в проведенных ими процедурах имелись какие-либо недостатки, которые сами по себе никакого шока у потерпевшего вызвать не могли. Показательным в этой связи является апелляционное определение Калининградского областного суда от 2 апреля 2014 г. по делу № 33-1331/2014 г.

Говорить о том, что такие иски изначально или по самой своей природе безнравственны или циничны нельзя. Ситуации бывают разные, в том числе самые тяжелые и заслуживающие того, чтобы причиненные истцу страдания были компенсированы. Но говорить о том, что предоставлением права на такие иски осуществляется провоцирование безнравственности, потакание проявлению человеком самых низких устремлений к наживе в условиях соблюдения принципа юридической добросовестности, – можно.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 N 5-КГ19-66

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 25 июня 2019 г. N 5-КГ19-66

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Гетман Е.С.,

судей Марьина А.Н. и Жубрина М.А.

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Шийко Данилы Сергеевича к Кудрявцеву Михаилу Михайловичу, Стасевичу Евгению Михайловичу, Анфилатовой Анастасии Константиновне о взыскании процентов по договору займа

по кассационной жалобе Шийко Данилы Сергеевича на решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 22 июня 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 сентября 2018 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н., объяснения Шийко Д.С., поддержавшего доводы кассационной жалобы, объяснения представителя Анфилатовой А.К. – Балашова С.М., возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Шийко Д.С. обратился в суд с иском к Стасевичу Е.М., Кудрявцеву М.М., Анфилатовой (Верещагиной) А.К. о солидарном взыскании процентов за пользование суммой займа с 17 декабря 2014 г. по 20 ноября 2017 г. в размере 851 200 руб. с последующим начислением процентов за пользование суммой займа по день фактической уплаты задолженности в размере 16% в неделю, расходов на оплату государственной пошлины в размере 11 712 руб.

В обоснование требований Шийко Д.С. ссылался на то, что 19 ноября 2013 г. между ним и Кудрявцевым М.М. заключен договор займа, по условиям которого истец выдал Кудрявцеву М.М. заем в сумме 35 000 руб. на срок до 26 ноября 2013 г. с выплатой процентов в размере 16% еженедельно. Условия договора займа закреплены в расписке N 4. В обеспечение исполнения обязательств заемщика в тот же день со Стасевичем Е.М. и Анфилатовой (Верещагиной) А.К. заключен договор поручительства, согласно которому поручители приняли на себя обязанность нести солидарную ответственность по обязательствам Кудрявцева М.М.

В связи с тем, что заемщиком и поручителями обязательства по возврату займа не исполнялись, Шийко Д.С. дважды обращался в суд. Вступившими в законную силу судебными постановлениями со Стасевича Е.М., Кудрявцева М.М., Анфилатовой (Верещагиной) А.К. в пользу Шийко Д.С. в солидарном порядке взысканы основной долг по договору займа, проценты по договору за период с 27 ноября 2013 г. по 17 декабря 2014 г. и проценты за пользование чужими денежными средствами в общей сумме 341 524 руб.

Читайте также:
Понятие штрафа в гражданском праве

Поскольку ответчики до настоящего времени задолженность по договору займа не вернули и проценты не уплатили, истец обратился в суд с настоящим иском.

Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 22 июня 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 сентября 2018 г., в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Шийко Д.С. поставлен вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений, как незаконных.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 27 мая 2019 г. кассационная жалоба Шийко Д.С. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу об отсутствии таких оснований для отмены решения Нагатинского районного суда г. Москвы от 22 июня 2018 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 сентября 2018 г.

Судами установлено и из материалов дела следует, что 19 ноября 2013 г. между Шийко Д.С. (заимодавец) и Кудрявцевым М.М. (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого заимодавец передал заемщику денежные средства в размере 35 000 руб. сроком до 26 ноября 2013 г. с выплатой процентов в размере 16% еженедельно.

19 ноября 2013 г. заключен договор поручительства, согласно которому Стасевич Е.М. и Анфилатова (Верещагина) А.К. несут солидарную ответственность по обязательству Кудрявцева М.М.

В установленный срок Кудрявцев М.М. заемные денежные средства Шийко Д.С. не вернул, проценты за пользование займом не выплатил, в связи с чем последний обратился с иском в суд.

Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 12 августа 2014 г. со Стасевича Е.М., Кудрявцева М.М., Анфилатовой (Верещагиной) А.К. в пользу Шийко Д.С. в солидарном порядке взыскана сумма основного долга по договору займа, проценты по договору и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 134 324 руб.

Заочным решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 25 марта 2015 г. со Стасевича Е.М., Кудрявцева М.М., Анфилатовой (Верещагиной) А.К. в пользу Шийко Д.С. в солидарном порядке взысканы проценты по договору займа за период с 27 марта 2014 г. по 17 декабря 2014 г. в сумме 207 200 руб., решение вступило в законную силу 16 июня 2015 г.

Обращаясь в суд с настоящим иском, Шийко Д.С. ссылался на то, что в связи с невыплатой ответчиками суммы займа и процентов их задолженность по процентам за пользование займом составила 851 200 руб.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 10, 421, 423 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что установленный договором займа размер процентов не отвечает принципу разумности и добросовестности и ведет к нарушению баланса прав и обязанностей сторон договора. Кроме того, данное условие договора противоречит деловым обыкновениям и является явно обременительными для заемщика и влечет за собой неосновательное обогащение кредитора.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции дополнительно указал, что вступившими в законную силу решениями суда с ответчиков в пользу истца взысканы проценты за период с 27 ноября 2013 г. по 17 декабря 2014 г. в общей сумме 302 400 руб., что в восемь раз превышает сумму основного долга. Данная сумма с очевидностью свидетельствует о получении истцом разумного и возможного дохода от предоставленных в заем денежных средств. При этом дальнейшее взыскание приведет к неосновательному обогащению кредитора.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что выводы судов отвечают требованиям законодательства, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам в связи со следующим.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее статьи Гражданского кодекса Российской Федерации приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4).

Договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным (пункт 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе во взаимосвязи со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о пределах осуществления гражданских прав.

Вместе с тем принцип свободы договора, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, учитывая при этом, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Читайте также:
Дополнительное исковое заявление по гражданскому делу

Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

Отказывая Шийко Д.С. в судебной защите, суды нижестоящих инстанций, оценив условия договора займа, пришли к выводу о том, что установленный договором размер процентов за пользование займом (832% в год) не отвечает принципу разумности и добросовестности, ведет к существенному нарушению баланса интересов сторон договора и является явно обременительным для заемщика.

С этими выводами судов нижестоящих инстанций следует согласиться.

Доводы Шийко Д.С. о неправомерности отказа в удовлетворении его требований в полном объеме и необходимости снижения размера процентов до разумного предела подлежат отклонению по следующим основаниям.

Установив недобросовестное осуществление гражданских прав лицом, суд на основании положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации может отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично.

Суды нижестоящих инстанций, установив, что за пользование займом в размере 35 000 руб. кредитору взысканы вступившими в законную силу судебными постановлениями проценты в размере 302 400 руб., пришли к выводу о том, что дальнейшее взыскание процентов приведет к неосновательному обогащению кредитора, в связи с чем требование об их взыскании в настоящем деле сочли не подлежащим удовлетворению.

При таких обстоятельствах судами первой и апелляционной инстанций правильно применены нормы материального права при разрешении настоящего спора.

Кроме того, разрешение вопроса о наличии или отсутствии в действиях лица признаков злоупотребления правом связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств.

В соответствии с частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления.

Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Доводы заявителя кассационной жалобы об отсутствии в действиях кредитора признаков злоупотребления фактически направлены на переоценку доказательств и установленных судами нижестоящих инстанций обстоятельств настоящего дела, а потому не могут служить основанием для кассационного пересмотра судебных постановлений.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит предусмотренных статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы Шийко Д.С.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 22 июня 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 сентября 2018 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Шийко Данилы Сергеевича – без удовлетворения.

“Методические рекомендации по порядку организации и производства на основании судебного акта розыска гражданина – ответчика по гражданскому делу и (или) ребенка” (утв. ФССП России 30.09.2014 N 0014/23)

МИНИСТЕРСТВО ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ

30 сентября 2014 г. N 0014/23

Директор Федеральной службы

главный судебный пристав

30 сентября 2014 г.

ПО ПОРЯДКУ ОРГАНИЗАЦИИ И ПРОИЗВОДСТВА НА ОСНОВАНИИ

СУДЕБНОГО АКТА РОЗЫСКА ГРАЖДАНИНА – ОТВЕТЧИКА

ПО ГРАЖДАНСКОМУ ДЕЛУ И (ИЛИ) РЕБЕНКА

I. Общие положения

1. Настоящие Методические рекомендации разработаны с учетом положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ “О судебных приставах”.

2. Настоящие Методические рекомендации подготовлены в целях оказания методической помощи судебным приставам-исполнителям, осуществляющим розыск, при производстве розыска гражданина – ответчика по гражданскому делу и (или) ребенка (далее – гражданин-ответчик и (или) ребенок) в соответствии со ст. 12 Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ “О судебных приставах”.

Положения Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ “Об исполнительном производстве” при производстве на основании судебного акта розыска гражданина-ответчика и (или) ребенка не применяются.

II. Организация исполнения судебных актов о розыске

гражданина-ответчика и (или) ребенка

3. Судебный акт о розыске гражданина-ответчика и (или) ребенка не позднее рабочего дня, следующего за днем его поступления в структурное подразделение территориального органа ФССП России (далее – подразделение судебных приставов), подлежит регистрации в книге учета судебных актов о розыске граждан – ответчиков по гражданским делам и (или) детей и передаче судебному приставу-исполнителю, осуществляющему розыск.

4. Судебный акт о розыске гражданина-ответчика и (или) ребенка и иные документы, образующиеся в результате его исполнения, оформляются в специальное номенклатурное дело в соответствии с Инструкцией по делопроизводству в Федеральной службе судебных приставов, утвержденной приказом ФССП России от 10.12.2010 N 682 (далее – Инструкция).

5. Судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, не позднее рабочего дня, следующего за днем поступления к нему на исполнение судебного акта, без вынесения постановления о заведении разыскного дела проводит исполнительно-разыскные действия, а также получает информацию о принятии судом мер в соответствии со ст. 244.13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

6. Срок проведения разыскных мероприятий в отношении гражданина-ответчика и (или) ребенка не может превышать 30 дней со дня регистрации судебного акта.

Указанный срок может быть продлен на 30 дней по согласованию со старшим судебным приставом либо его заместителем в следующих случаях:

при необходимости проведения дополнительных разыскных мероприятий с привлечением других подразделений судебных приставов;

если разыскные мероприятия не могут быть выполнены в установленный срок по причинам, не зависящим от судебного пристава-исполнителя, осуществляющего розыск.

О причинах продления срока проведения разыскных мероприятий в отношении гражданина-ответчика и (или) ребенка судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, информирует суд, вынесший судебный акт.

7. При получении информации о предполагаемом месте жительства и/или пребывания гражданина-ответчика и (или) ребенка на территории иного субъекта Российской Федерации судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, с целью подтверждения полученной информации направляет в соответствующий территориальный орган ФССП России разыскное задание по форме согласно приложению и копию судебного акта.

Разыскное задание подлежит исполнению в 15-дневный срок, а в случае необходимости проведения исполнительно-разыскных действий – не более чем в 30-дневный срок с момента поступления разыскного задания.

Читайте также:
Преюдициальное значение в гражданском процессе

8. При поступлении разыскного задания руководитель территориального органа ФССП России организует его исполнение.

Судебный пристав-исполнитель, которому поручено исполнение разыскного задания (далее – судебный пристав, исполняющий разыскное задание), осуществляет проверку информации о месте жительства и/или месте пребывания гражданина-ответчика и (или) ребенка по адресу (адресам), указанному в разыскном задании.

В ходе исполнения разыскного задания судебный пристав, исполняющий разыскное задание, вправе проводить исполнительно-разыскные действия.

9. Ответ на разыскное задание оформляется на бланке подразделения судебных приставов и подписывается старшим судебным приставом либо его заместителем и направляется в подразделение судебных приставов, направившее разыскное задание.

При установлении в результате исполнения разыскного задания места жительства и/или места пребывания гражданина-ответчика и (или) ребенка к ответу прилагаются: копия судебного акта с отметкой о его получении гражданином-ответчиком, объяснение гражданина-ответчика или лица, с которым установлено место жительства и/или место пребывания ребенка, либо акт об отказе в получении копии судебного акта и (или) даче объяснений.

10. При установлении места жительства и/или места пребывания гражданина-ответчика судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, или судебный пристав, исполняющий разыскное задание, в присутствии не менее двух понятых разъясняет гражданину-ответчику основания объявления его в розыск, вручает под роспись копию судебного акта и получает от него объяснение.

При отказе гражданина-ответчика от получения судебного акта и дачи объяснений судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, или судебный пристав, исполняющий разыскное задание, в присутствии не менее двух понятых составляет соответствующий акт.

При установлении места жительства и/или места пребывания ребенка судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, или судебный пристав, исполняющий разыскное задание, в присутствии не менее двух понятых разъясняет лицу, с которым установлено место жительства и/или место пребывания ребенка, основания объявления ребенка в розыск и получает от него объяснение.

При отказе лица, с которым установлено место жительства и/или место пребывания ребенка, от дачи объяснений судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, или судебный пристав, исполняющий разыскное задание, в присутствии не менее двух понятых составляет соответствующий акт.

11. Судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, не позднее дня, следующего за днем установления места жительства и/или места пребывания гражданина-ответчика и (или) ребенка или поступления информации об установлении места жительства и/или места пребывания гражданина-ответчика и (или) ребенка от судебного пристава, исполняющего разыскное задание, направляет в суд, вынесший судебный акт, информационное письмо о результатах разыскных мероприятий, подписанное старшим судебным приставом либо его заместителем, копию судебного акта с отметкой о его получении либо об отказе в его получении гражданином-ответчиком.

12. Хранение материалов по розыску гражданина-ответчика и (или) ребенка осуществляется в соответствии с Инструкцией.

Розыск ответчика: основания и процессуальный порядок в 2019 году

Дата публикации материала: 07.02.2019

Последнее обновление: 12.06.2019

Рассказываем, как грамотно оформить и правильно подать ходатайство о розыске ответчика по гражданскому делу в 2019 году. Надеемся, эта информация будет вам полезна!

Подсудность гражданских дел в 2019 году

В какой суд необходимо обратиться истцу с иском по гражданскому делу? В соответствии с положениями ст. 28 ГПК РФ исковые заявления подаются в суд по месту жительства ответчика (то есть, в районный или мировой суд района, в котором он «прописан»).

К примеру, если ответчик зарегистрирован по адресу: Москва, ул. Мосфильмовская, д. 23, истцу необходимо обратиться либо в Никулинский районный суд, либо в Судебный участок мирового судьи №177.

Исключение из этого правила возможно, если в исковом заявлении идет речь о расторжении брака, установлении отцовства или взыскании алиментов. В этих случаях иск может быть подан в суд по месту жительства истца (согласно ст. 29 ГПК РФ).

Если же место жительства ответчика неизвестно, иск предъявляется по месту нахождения его имущества или по последнему известному месту его жительства в Российской Федерации.

Розыск ответчика в 2019 году: основные особенности

При неизвестности места пребывания ответчика, а также по требованиям о взыскании алиментов, возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, судья обязан вынести определение о розыске ответчика.

Как происходит розыск ответчика по гражданскому делу в 2019 году? К основным особенностям этой процедуры можно отнести следующее:

  • Для вынесения определения о розыске истец должен предоставить суду все известные ему сведения об ответчике: ФИО, дата рождения, место работы или учебы и т.д.;
  • Определение об объявлении розыска направляется в органы внутренних дел по последнему известному месту жительства ответчика или месту нахождения его имущества;
  • Розыск ответчика может быть осуществлен как при подготовке дела, так и во время судебного разбирательства;
  • Расходы органов внутренних дел, связанные с розыском ответчика, взыскиваются судом на основании судебного приказа в порядке приказного производства.

Как написать ходатайство о розыске ответчика в 2019 году? Советы юриста

Каким должно быть грамотно составленное письменное ходатайство о розыске ответчика?

Во-первых, текст ходатайства должен поддаваться прочтению;

Во-вторых, просьба, выраженная в ходатайстве, должна быть обоснованной и в достаточной степени мотивированной;

В-третьих, ходатайство о розыске ответчика должно быть подписано лично истцом (либо его представителем — при наличии законных полномочий).

В тексте ходатайства необходимо указать:

  • Наименование и адрес суда;
  • Фамилию, имя и отчество заявителя;
  • Контактные данные заявителя;
  • Сведения о поданном иске;
  • Сведения об ответчике;
  • Просьбу объявить розыск ответчика;
  • Дату подачи ходатайства.

Где найти образец заявления о розыске ответчика в 2019 году?

Сразу стоит отметить, что единого образца ходатайства о розыске ответчика в Российской Федерации не существует — каждый такой процессуальный документ составляется индивидуально, в зависимости от обстоятельств конкретного гражданского дела.

Не знаете, с чего начать составление ходатайства? Скачайте наш шаблон и используйте его в качестве основы для собственного обращения:

Пример ходатайства о розыске ответчика (версия, актуальная на 2019 год)

Обратите внимание! Если у вас появятся вопросы или возникнут какие-либо трудности при составлении ходатайства, вы всегда можете обратиться за бесплатной правовой консультацией к специалистам портала «ЦентрСовета». Среднее время ожидания ответа от юриста — 15 минут.

Как правильно подать ходатайство о розыске ответчика в 2019 году?

В 2019 году ходатайство о розыске ответчика по гражданскому делу может быть подано истцом:

  • Одновременно с подачей искового заявления;
  • Во время судебного заседания;
  • На личном приеме у судьи;
  • Через канцелярию суда;
  • По почте — заказным письмом с описью вложения и уведомлением о вручении.

Обратите внимание! Срок рассмотрения ходатайства в гражданском процессе составляет 5 рабочих дней.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: